Завантажте мобільний додаток сайту

Уроженец Никополя Юрий Крупин, которому сейчас 94 года, был вынужден покинуть родной город вместе с семьей в 1941-м, когда начались немецкие бомбежки. Он до последнего верил, что уезжать не придется. А потом верил, что вернется в Никополь. Однако, судьба его сложилась по-другому… Историей ветерана NikopolNews делится со ссылкой на кыргызское издание sputnik.kg. Именно там, в Кыргызстане, живет наш земляк.

Пятнадцатилетий мальчик спрятал в погребе велосипед, книги и фотоаппарат. "Я обязательно сюда вернусь и заберу все это", — сказал он себе. После войны Юрий Крупин вернулся в Украину, но своего дома не нашел — немцы разбомбили почти все в родном городе мужчины. Приводим его рассказ от первого лица.

Мой дом разбомбили фашисты

- Мне было всего 15, когда началась война. Я родом из небольшого украинского городка Никополя. Родители не хотели уезжать оттуда, до последнего верили, что беда обойдет нас стороной. Но вскоре немцы начали бомбить город... До сих пор помню, как мама в спешке собирала документы и вещи.

У меня было много книг, велосипед и фотоаппарат. Взять их с собой мне не разрешили. Я спрятал вещи в погребе, чтобы никто их не нашел. Неистово верил, что война скоро закончится, и я обязательно вернусь в Никополь, заберу книги и покатаюсь на велосипеде.

Мамина сестра и ее муж остались там... с тех пор я ничего о них не слышал. А мы бежали — перебрались в Кисловодск (неподалеку от Кавказа). Машин и поездов для нас не было, ехали на бричках. И все время где-то рядом немцы сбрасывали бомбы на села и города.

В Кисловодске отца призвали на войну. Наша спокойная жизнь длилась недолго. Немцы добрались и до Кавказа, дом, в котором мы жили, разбомбили. Раньше я только со стороны видел, как от снарядов погибали люди, и вот ранило меня… Такой боли я не испытывал никогда! Ранение оказалось серьезным, врачи разводили руками и говорили об ампутации ноги. К счастью, нашелся доктор, который меня выходил.

Мы с мамой бежали в Фергану — тоже на бричке. Ехать пришлось долго, а мы не взяли с собой почти ничего, все осталось в разрушенном доме.

Многие солдаты боялись попасть в пехотные войска — там было страшнее всего. Помню, как мы собрались на построение, и старшина отобрал тех, кто закончил среднюю школу. Насчитали только 20 ребят, я был в их числе. Нас отправили на учебу во Фрунзе, а остальных на фронт. Больше я никого из них не видел.

После войны Юрию Крупину вручили медали " За победу над Германией", "За боевые заслуги" и медаль Георгия Жукова

Ели луковицы подснежников

- По распределению я попал в авиацию, стал техником по радиосамолетному оборудованию. Наверное, я не самый интересный из ветеранов, с которыми вы познакомились. Мне не приходилось бомбить фашистов, я просто готовил самолеты и работал с техникой. 

Многие из моих товарищей не вернулись на аэродром. Если честно, я за всю войну ни разу не столкнулся с немцами лицом к лицу. Однако хорошо понимал, на что они способны. До сих пор вспоминаю, как нас бомбили вражеские самолеты. Мы копали ямы, чтобы спрятаться. После бомбежки выживали немногие, и потом этим немногим приходилось хоронить погибших.

Я с ужасом вспоминаю то время. Нам не хватало одежды и еды, весной мы ели луковицы подснежников. Знаете, если их поджарить, получается весьма недурно... Тогда казалось, что голод в какой-то степени страшнее бомбежек. Было ясно, что рано или поздно немцы перестанут сбрасывать снаряды, а когда закончится голодное время, никто не знал.

За время войны мне не пришло ни одного письма. Я писал маме, но ответа не было. Конечно, я надеялся, что с ней все хорошо, но страх, что я больше никогда ее не обниму, был силен. Жив ли отец, я тоже не знал. После того как он ушел на фронт, известий о нем не было.

Ордена и медали ветерана Великой Отечественной Войны Юрия Крупина

О дне победы

Я узнал о победе, когда был на аэродроме, что-то чинил. Сослуживцы начали кричать, обниматься... Это означало, что наши ребята больше не будут погибать от рук фашистов и что все мы сможем вернуться домой, к семьям. В тот день для нас поставили столы и впервые за долгое время накормили досыта.

Кстати, только через несколько лет после окончания войны я узнал, что стало с родителями. Папа выжил, перебрался в Ригу и все это время искал маму. Было очень сложно, но ему это удалось.

О самой красивой девушке на аэродроме

- После войны я продолжил службу. Это было не мое решение, руководство просто не оставило выбора. В то время солдатам запрещали жениться. Военные не должны были покидать территорию базы, а какая это семья, если муж все время на службе и жену видит только в увольнении?

Однажды к нам устроилась девушка-радистка. Мы подружились, я и не заметил, как влюбился в нее. Предложил ей выйти за меня замуж, она немного помолчала, а потом согласилась. Через день мы пошли в загс. Сразу после свадьбы мне пришлось вернуться в казарму. Четыре года я нарушал установленные правила — иногда уходил с базы домой.

Несколько лет назад супруга ветерана скончалась, сейчас он живет с дочерью

О жизни в Кыргызстане

- Много лет назад мы с женой переехали во Фрунзе. У нас родились трое детей. К сожалению, сын умер от дизентерии, когда ему было всего три года. Врачи не смогли ничего сделать. Хоронить своего ребенка — все равно что пережить еще одну войну.

Одна дочь живет в Ташкенте, другая со мной. В детстве она заболела менингоэнцефалитом, доктора долго не могли поставить диагноз, а когда все стало ясно, последствия уже были серьезными. Несколько лет назад не стало жены…

Ранее мы сообщали о том, что в Никополе находится могила духовного наставника Нестора Махно: что о нем известно

Компания «Интерпайп» в январе-августе 2020 года существенно сократила выпуск продукции. Об этом NikopolNews сообщает, ссылаясь на официальный отчет предприятия.
...

NNS - Національна служба новин. Останні події в Україні та світі